Стивен Кинг никогда не любил «Сияние» Кубрика – холодный, почти стерильный фильм, где писатель не узнавал Джека Торранса и собственный роман. Он жаловался, что Кубрик сделал историю без сердца, оставил чистый ужас ради ужаса. Но если «Сияние» Кинг просто не принял, то через несколько лет он снял нечто, за что сам потом извинялся – «Максимальное ускорение».
Это был 1986 год. Кинг, уставший смотреть, как режиссеры трактуют его тексты на свой лад, решил, что лучше всех понимает, как нужно.
«Если хочешь, чтобы все сделали правильно, сделай сам», – подумал он и сел в режиссерское кресло.
Проблема в том, что он не знал, как.
Так появилась единственная картина, в которой машины восстали против человечества, банкоматы ругались на клиентов, а автоматы с газировкой стреляли банками, как из пулемета.
Главную роль исполнил молодой Эмилио Эстевес, сын Мартина Шина, тогда ещё звезда «Клуба “Завтрак”». Он мечтал поработать с легендарным писателем – но получил опыт, о котором после говорил с горькой иронией.
«Кинг потом спрашивал у меня: “Сможешь меня простить за это?”», – вспоминал актер, пока его мать шутила, что сыну стоило помочь писателю покрасить забор, а не сниматься в этом фильме.
Критики растерзали «Максимальное ускорение». Даже поклонники Кинга, готовые простить многое, не нашли оправдания для фильма, где сюжет утонул в хаосе, а режиссура выглядела как кошмар на VHS.
Если «Сияние» показалось королю ужасов оскорблением, то «Максимальное ускорение» стало личным позором. Фильм, который не понравился никому – включая самого Кинга и всех, кто в нём участвовал.
Ранее мы писали: Клинт Иствуд назвал худший фильм по Стивену Кингу: критики и зрители с ним не согласны, а режиссер вообще считает экранизацию шедевром
