«Д`Артаньян и три мушкетера» Георгия Юнгвальда-Хилькевича по сей день остается лучшей экранизацией романа Александра Дюма. Кто бы ни снимался в новых фильмах по мушкетерам, от Евы Грин до Орландо Блума и Мадса Миккельсона, выходит посредственно.
А ведь сам постановщик советской приключенческой драмы хватался за голову во время работы, находился в подавленном состоянии и думал, что его ждет крупный провал. В беседе с порталом «Киноафиша» кинокритик Александр Шпагин рассказал, что причина кроется в особой атмосфере пьяного угара, стоявшей на съемочной площадке картины. Не зря создатели несколько раз теряли реквизит и были вынуждены создавать новый при помощи арестантов из рижской тюрьмы.
«На съемках все перепили. Все просто много и активно выпивали, обычно ничего хорошего не получается из такого. Хилькевич видя, что это происходит со всей группой, что они навеселе, но не падают с ног, был уверен, что фильм получится ужасным.
А выпивание дало атмосферу драйва, энергетику Дюма и шампанское настроение. Все западные экранизации холодные и скучные, профессиональные и правильные и напоминают фильм Жигунова, но в них нет изюминки, цимеса. А у Юнгвальда-Хилькевича дико обаятельно получилось, потому что все выпивали. Была атмосфера радости и победы».
Так, заметить пьяных звезд в кадре можно во время исполнения песни «Констанция». Михаил Боярский исполнял ее, потому что неплохо держался на ногах, а вот Игорь Старыгин и Валентин Смирнитский были мертвецки пьяны. Вместо Венеамина Смехова в кадре был дублер, с опущенной до носа шляпой. По признанию Боярского, за съемочный день он опустошал с десяток бутылок вина, его личный рекорд составил 14 литров полусладкого, хотя все трюки он исполнял самостоятельно. Впрочем, с пагубной привычной он после боролся еще не один десяток лет.
А вот Нина в «Кавказской пленнице» могла быть совсем другой: каких советских красавиц обошла Варлей в битве за роль? Мог быть с Мордюковой, Аросевой или Покровской: главный сердцеед советского кино в итоге выбрал простую женщину.
