Когда разговор заходит о «самом научном» фильме о космосе, первым на ум приходит «Интерстеллар». Гравитационные аномалии, чёрные дыры, пятая измеренность — звучит умно, но всё равно как фантастика.
А вот если хочется по-настоящему прочувствовать холод стали, тревожную тишину вакуума и дрожь голосов, что срываются с орбиты, — лучше пересмотреть «Аполлон-13». Да, тот самый, которому почти тридцать лет. И который в подмётки не годится многим сегодняшним блокбастерам.
Режиссёр Рон Ховард снял его как документальное свидетельство, а не как развлекательное кино. Том Хэнкс, Кевин Бейкон и Билл Пэкстон играют не героев-икон, а живых, испуганных, мужественных людей, попавших в реальную катастрофу.
Фраза «Хьюстон, у нас проблема» — это не шутка, а сигнал бедствия, за которым стояла борьба за выживание в невесомости. И когда астронавт Крис Хэдфилд без лишних слов называет «Аполлон-13» самым реалистичным фильмом о космосе, ему верят даже те, кто слабо отличает шаттл от спутника.
Бюджет? Скромные 52 миллиона. Сборы? 355 миллионов, и это только в 1995 году. А теперь представьте себе: ни одного чудища, ни одной планеты с водяными горами — только кислород, что заканчивается, и Земля, которая ускользает из виду.
В фильме нет героизма «на показ» — в нём есть коллективная тревога, инженерный разум и редкое чувство: гордость за человеческие возможности. Американский народ в «Аполлоне-13» — не фон, а часть команды. Это кино, где победа — просто вернуться домой. И именно поэтому оно так по-человечески точно.
