Сериал «Великолепный век» подарил зрителям не просто красивую историческую драму, а целую палитру эмоций, тайных интриг и тонких психологических мотивов. Один из самых напряженных конфликтов — вражда между Валиде-султан и Хюррем. И хотя это всего лишь художественный взгляд на историю, в таком сюжете оказалось больше правды, чем может показаться.
С первых серий зритель чувствует, как резко Айше Хафса-султан, мать Сулеймана, относится к юной наложнице Александре, будущей Хюррем. И это отношение не ослабевает, даже когда девушка становится любимицей правителя и матерью его детей. При этом Валиде откровенно благоволила Махидевран — первой наложнице Сулеймана и матери его первенца, шехзаде Мустафы. Почему же возникла такая разительная разница в отношении?
Дело, как считают историки и сценаристы, не только в уважении к традициям. Махидевран была частью проверенной системы, которую Валиде отлично знала и понимала. В Манисе, где будущий султан служил санджакбеем, рядом с Махидевран он был спокоен, счастлив и уравновешен. И именно она дала династии сильного наследника. Для матери султана — это был идеальный выбор: предсказуемый, уважаемый, вписанный в структуру двора.
А вот Хюррем стала настоящим вызовом. Рабыня издалека, без знатного происхождения, без поддержки — и вдруг занимает место рядом с султаном, словно ей это было предначертано. Она быстро учится, действует решительно и тонко, играет не по правилам, а по своим собственным.
Такое поведение ломало привычную иерархию гарема. И Валиде этого простить не могла. Ведь она, прошедшая через годы борьбы и унижений, не могла принять, что кто-то получает все слишком быстро и слишком легко.
Зависть, обида, потеря контроля — все это смешалось в её отношении к Хюррем. Тем более, что повелитель прощал наложнице все. Ни одна из гаремных женщин не имела такой власти, а Валиде не могла ей управлять. Это пугало и вызывало скрытое восхищение. И все же, по версии сценаристов, перед смертью мать султана смогла признать силу характера Хюррем и даже установить с ней хрупкий мир — слишком поздно, но искренне.
В истории все было иначе: по данным османских хроник, Хафса-султан действительно заботилась о Роксолане, воспитывала ее как будущую супругу правителя и лично устроила ее в покои сына. Но в драматургии «Великолепного века» этот внутренний конфликт стал сердцем женской части истории — как напоминание о том, что власть, любовь и страх неразделимы.
Ранее портал «Киноафиша» писал, ради какой женщины Сулейман впервые нарушил правила еще до Хюррем.
