Ушёл из жизни Александр Митта — режиссёр, который снял первый советский фильм-катастрофу («Экипаж») и культовый сериал «Граница. Таёжный роман», подаривший зрителю целую плеяду узнаваемых актёров.
Но мы сегодня вспомним его «Сказку странствий» — самую спорную и в то же время одну из самых любимых зрителями работу. Её ругали критики, запрещали цензоры, но спустя десятилетия оказалось: фильм не забыт и год от года становится только актуальнее. Мало того, его рейтинг сегодня обходит даже культовый «Солярис» Тарковского.
«Сказка странствий»: сюжет навека
Притча Александра Митты начинается как рождественская сказка: бесстрашная Марта отправляется на поиски брата Мая, которого похитили.
Но уже через несколько минут становится ясно — перед нами вовсе не детское кино, а философская притча.
На пути Марты и Орландо — не сказочные страны, а тревожные символы. Вот земля, расположенная прямо на теле спящего Дракона — это образ страны, которая живёт за счёт недр и не думает о будущем. А вот город, куда приходит чума — метафора о появлении советских танков в Чехословакии. Митта не скрывал: аллегории были осмысленными.
Кульминацией становится эпизод, в котором Орландо погибает, а его труды — сгорают. Мортусы в черных балахонах поджигают тело философа, поливают его горючим маслом, а следом бросают в огонь его рукописи. Идеи исчезают, как будто их никогда не было.
А Марта остаётся одна. В последней сцене она молча ложится на выжженное пятно, оставшееся от Орландо, раскинув руки крестом — будто хочет сохранить тепло от того, кто учил её быть сильной.
Кино под запретом
Сам Митта позже вспоминал:
«Мою “Сказку странствий” киноначальство задвинуло. Её запретили вывозить, не показали за границей. В прессе она получила разгромные рецензии — тогда её назвали моей главной неудачей».
Только позже он узнал, что фильм на самом деле запомнился зрителям. «Я часто слышу: “Это была моя любимая картина в детстве”».
Фантастика вне времени
Фильм упрекали в излишней зрелищности и называли «ужастиком», требуя вырезать эпизоды с чумой. Но именно этот контраст — между волшебной эстетикой и тьмой человеческих поступков — делает «Сказку странствий» такой цепляющей.
Миронов устроил настоящую магию в кадре, Аксюта была трогательной и живой, а музыка Альфреда Шнитке добавляла полёту героев настоящую космическую глубину.
Позднее признание
«Сказку странствий» показали по телевидению без премьер, без фестивалей, без наград. Но сегодня у фильма 8,1 на «Кинопоиске», зрители находят в нем всё новые и новые смыслы. (Для сравнения, у культового «Соляриса» Тарковского — 8,0 баллов).
Также прочитайте: Шурик должен быть Владиком! Как и почему цензура переписала главную комедию Гайдая.
