Дискуссии вокруг фильмов и сериалов, снятых по русской классике, давно превратились в народную забаву. Многие не забыли, что творилось в этом году вокруг «Онегина» Сарика Андреасяна и тем более «Мастера и Маргариты» Михаила Локшина.
Однако если в первом случае реакция сводилась к «ну, это же Сарик, чего вы хотели», то во втором фильме больше хвалили, несмотря на отход от канонического текста. С «Преступлением и наказанием» все получилось совсем иначе: как только зрители отошли от споров по поводу «Слова пацана», появился повод обсудить, перевернулся ли в гробу (и сколько раз) Федор Михайлович Достоевский за первые серии.
Что может приятно впечатлить
Кинокритик Александр Павлов в разговоре с изданием «Собака» заметил, что сюжет с некоторыми авторскими допущениями не отходит от оригинала: бедный студент Раскольников (Иван Янковский), «тварь дрожащая или право имею», убийство, моральные терзания, сестра Дуня, подонок Свидригайлов, страдающая семья Мармеладовых, жизнь на грани нервного срыва и за ней и так далее.
Радует также игра по-настоящему хороших актеров. Иван Янковский выкладывается на все 110%, компенсируя минимально прописанные в сценарии духовные волнения убедительной игрой откровенного психопата. Юлия Снигирь гениально изображает стерву, Владислав Абашин — Свидригайлова с фирменным взглядом «смерть заглядывает в душу», а Тихон Жизневский — обаятельного простака Разумихина.
Что удивляет не лучшим образом
Вместе с тем все действие сериала перенесено в современный Петербург. За это режиссер Владимир Мирзоев получил символический топор, кажется, от всех.
Не самое лучшее впечатление у критика оставила визуальная картинка сериала. Похоже, что она получилась излишне театральной. Петербург сильно зачистили от всего лишнего в кадре, превратив в декорацию, где даже коммуналки и дворы-колодцы выглядят пряничными домиками, а актеры говорят на языке XIX века.
Черт в душе Раскольникова: спорный прием или гениальный ход?
Есть и спорный момент в сериале, который вызывает двоякие чувства. Раскольников постоянно общается с чертом — своим внутренним демоном, который то ли воображаемый, то ли вполне реальный. Этот прием не нов в мировой культуре, но и сам Достоевский в своем романе отказался от внутренних монологов Раскольникова в пользу фигур автора, наблюдающего за происходящим со стороны.
Однако в исполнении Бориса Хвошнянского, играющего черта, этот спорный прием превращается в достойную театральную игру. Хвошнянский, кажется, искренне считает себя воплощением Роберта Дауни-младшего. Приятно видеть, что ему наконец-то дали роль, о которой он мечтал.
Как бы то ни было, сериал только вышел на онлайн-платформах, но уже бьет рекорды популярности. Видимо, люди соскучились по нетленной классики Достоевского.
