Об этих трех ляпах «Великолепного века» редко говорят: а ведь наврали даже про Хюррем

Сериал «Великолепный век», как и любой другой масштабный проект, не обходится без недочетов. На протяжении всего шоу то и дело встречаются различные нестыковки. Какие-то из них были заложены создателями намеренно, чтобы усилить накал страстей, а другие появились случайно — как обычные упущения.

Многие из этих моментов давно уже разобраны по косточкам как фанатами, так и историками. Однако существуют три ошибки, которые обсуждают заметно реже, хотя они заслуживают не меньшего внимания, чем остальные.

Лайош

Образ венгерского монарха Лайоша II в экранной версии далек от своего исторического прототипа. В реальности во время легендарной битвы при Мохаче правителю едва исполнилось двадцать лет. Он был молодым и не обладал реальной властью — страной заправляли знатные вельможи и приближенные ко двору, которые фактически управляли неопытным королем.

В сериале же перед зрителями предстает совершенно иной персонаж: суровый, озлобленный мужчина под пятьдесят. Такой режиссерский прием, безусловно, добавил истории остроты, однако существенно исказил реальные исторические факты.

Анна Ягеллонка

Появление Анны Ягеллонки в сериале вызвало бы недоумение у любого уважающего себя историка. В те времена невозможно было представить, чтобы женщину отправили с дипломатической миссией в Стамбул — такие ответственные поручения доверяли исключительно мужчинам.

К тому же ее образ получился чересчур голливудским. Анна прославилась вовсе не внешними данными, а своим умом и образованностью.

На момент событий, показанных в сериале, ей было около сорока лет, а не двадцати. Ее не самой привлекательной внешностью объясняют и тот факт, что французский принц Генрих Валуа, взойдя на польский престол, наотрез отказался на ней жениться.

Барбаросса

Сюжетная линия, в которой Хюррем якобы избавилась от Барбароссы, является вымыслом. В действительности прославленный флотоводец прожил долгую жизнь и скончался по естественным причинам. Оставив дела, он осел в Стамбуле, но совершенно не проявлял интереса к дворцовым играм и интригам.

Что же касается взаимоотношений с Хюррем, тут история обретает неожиданный поворот. Согласно некоторым источникам, именно Барбаросса преподнес Сулейману ту самую рыжеволосую наложницу. Если это правда, то между ними, скорее всего, существовали вполне доброжелательные отношения, а вовсе не вражда.