Наложницы по расчету и по любви: 4 до трона, 20 при Хюррем, 15 после — разбираем гарем Сулеймана в цифрах
Великий правитель Османской империи и герой самого популярного турецкого сериала держал при себе не просто гарем, а тонко настроенную политическую машину. Рассказываем, сколько женщин действительно окружало Сулеймана — и почему многие из них были вовсе не для любви.
Будущие султаны начинали свою «любовную карьеру» ещё до коронации — в санджаках, куда их отправляли править от имени отца.
По традиции, юному шехзаде полагалось иметь хотя бы одну или двух наложниц — на случай, если борьба за власть начнётся внезапно, а наследника у него ещё нет.
У Сулеймана, которого мы все хорошо знаем по сериалу «Великолепный век», было не менее четырёх: Махидевран (мать его первого сына Мустафы), Гюльфем и ещё две, чьи имена история не сохранила.
Эти женщины не только согревали одиночество юного принца, но и закладывали династический фундамент — так, как было принято.
Во времена Хюррем: 20 одалисок, но она была главной
Когда Сулейман стал султаном, его гарем пополнился множеством девушек. Но главной стала Хюррем — та самая рыжая славянка, покорившая не только сердце султана, но и всю Османскую империю.
По разным оценкам, в этот период число наложниц доходило до двух десятков.
Однако с рождением сына султан официально признал Хюррем своей хасеки и распустил тех, кто ещё не побывал в его покоях.
Оставшиеся же постепенно отошли на второй план — в гареме царила одна-единственная женщина.
После смерти Хюррем: 15 женщин и попытка вернуть тепло
Даже после смерти Хюррем султан не остался в одиночестве. Гюльфем снова приблизилась к нему и даже якобы «продавала доступ» другим девушкам.
Около 15 одалисок в это время продолжали жить в гареме, хотя очевидно, что Сулейман всё больше уходил в воспоминания и внутренние размышления.
Некоторые историки считают, что в последние годы султан искал не столько страсть, сколько покой — среди тех, с кем прошёл долгий путь.
Общее количество наложниц за жизнь Сулеймана насчитывает примерно 35–40 женщин. Однако настоящую власть имела только одна — Хюррем, ради которой он переписал правила Османской империи.
