В конце 1960-х советский кинематограф искал свой ответ голливудским вестернам. Но когда Андрею Кончаловскому предложили снять «Белое солнце пустыни», он счел его бесперспективным в реализации и вышел из проекта. Владимир Мотыль доказал обратное.
«Белое солнце пустыни»: проект, который никто не хотел снимать
Изначально фильм задумывался как советский вестерн под рабочим названием «Басмачи». Кончаловский, утвержденный на режиссуру, вначале был готов ринуться в бой, пишет timeout.ru. Но все пошло не по плану.
Режиссер предложил снимать в картине американских актеров, только их он видет в такого рода картине. Студии это не понравилось, а мэтр отказался прогибаться под ее требования, не захотел менять свою позицию, уйдя с гордо поднятой головой в другой проект — экранизацию романа Ивана Тургенева «Дворянское гнездо».
После него еще несколько режиссеров отклонили предложение...
Почему Мотыль рискнул?
Владимир Мотыль увидел в материале не подражание, а возможность создать уникальный «истерн» — советскую версию вестерна. И сделал ставку на советских артистов. Анатолий Кузнецов (Сухов), Спартак Мишулин (Саид) и Павел Луспекаев (Верещагин) создали незабываемые образы.
Культовый статус вопреки прогнозам
В итоге фильм стал народным хитом, а фразы вроде «За державу обидно» прочно вошли в нашу жизнь в качестве афоризмов. История доказала: для сильного сценария и режиссуры не нужны «только американцы».
Обратите также внимание: Тест: насколько хорошо вы помните фильм «Белое солнце пустыни»? Рожденные в СССР справятся на «отлично».
