Легендарную комедию «Не может быть!» Ильдара Рязанова давно разобрали на цитаты, сцены — на мемы, а актёров — на народную любовь. Но даже после десятого пересмотра этот фильм продолжает преподносить сюрпризы. И один из таких сюрпризов — в ногах Савелия Крамарова. Вернее, в его брюках.
В новелле «Преступление и наказание» герой Крамарова — растерянный, жалкий, но обаятельный тип с нелепой прической и вечной тревогой в глазах. Всё в нём работает на комизм: мимика, движения, интонация. А главное — костюм. В одной из сцен Серёга, входя в дом, по-своему элегантно чешет штиблетой голень. И тут внимательный зритель замечает: брюки-то коротковаты. Чуть выше косточки, а из-под них выглядывают ярко-горчичные носки. Пикантная, хоть и незапланированная деталь.
Но через секунду — общий план. Брюки уже удлинились и полностью прикрывают носки. Штиблеты на месте, но от горчичного веселья не осталось и следа. Казалось бы, простой монтажный ляп, но в контексте этой чудной комедии он будто добавляет абсурда. Костюм, как и герой, ведёт себя неустойчиво: то оголяется, то прилично подтягивается. Живёт своей жизнью.
Можно, конечно, списать всё на съёмочную суету — в одной сцене подтянули, в другой забыли. Но, возможно, Рязанову и не нужно было идеальное совпадение. В его фильмах хаос всегда на шаг впереди порядка, а потому такие «нестыковки» становятся не ошибками, а частью общего настроения — сумасшедшего, весёлого, немного дурашливого.
И вот вы в который раз пересматриваете старую любимую ленту и вдруг замечаете: костюм в кадре не просто ткань — он персонаж. Такой же непоседливый, как и герой Крамарова.
Зрители 60 лет думали, что Саахова облили вином: но один ляп раскрывает правду о злодеянии Нины.
